Среда, 26.07.2017, 17:46Приветствую Вас Гость | RSS
 Пока народ безграмотен,
важнейшим ресурсом
для нас является
  Антикомпрадор.ру /как бы В.И.Ленин/  
» Меню сайта

» Обратите внимание!

Дело ИГПР "ЗОВ"


Политическая экономия
Учебник. 1954 г.


Необходимо знать:

Гибель Джонстауна - преступление ЦРУ (1978 год)


» Неслучайные факты
В.В.Кожинов:
И если уж называть Россию “тюрьмой народов”, то, в точном соответствии с логикой, следует называть основные страны Запада не иначе как “кладбищами народов”, а потом уж решать, что “лучше” — тюрьма или кладбища...

» Ссылки

» Статистика
Яндекс цитирования Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru

Главная » Статьи » Статьи из Интернета » Просто интересные статьи

Доклад Полянского

О серьезных ошибках в вопросах внутренней политики

Разрешите начать с характеристики положения в нашем народном хозяйстве. Развитие социалистической экономики, построение материально-технической базы коммунизма является, как известно, основным полем борьбы за коммунизм. Поэтому прежде всего необходимо объективно выяснить, как у нас обстоят дела на этом фронте.

Прошло уже три года с того времени, когда XXII съезд КПСС принял новую Программу партии. Главный итог этих лет состоит в том, что советские люди самоотверженно трудятся во имя построения коммунизма, — в интересах процветания нашего государства, улучшения жизненного уровня всех трудящихся. За истекшие годы достигнуты определенные успехи в развитии народного хозяйства. Цифры и факты вам известны, и позвольте не называть их. Однако было бы неправильно зазнаваться, преувеличивать наши успехи и достижения, замазывать крупные недостатки.

Ни для кого не секрет, что у нас создан и безмерно раздувается своего рода миф о якобы «великом десятилетии» в развитии нашей экономики. Доказывается, будто за 10 лет, в течение которых тов. Хрущев находится у власти, в хозяйственном развитии страны произошли чудеса. Сам он в своих бесчисленных выступлениях и записках без конца твердит, что дела у нас идут хорошо. Ему вторят печать, радио и телевидение. Послушать их — у нас вроде бы вот-вот коммунизм наступит и весь путь развития нашей экономики — это триумфальный марш успехов и побед.

Разумеется, все мы могли только радоваться, если бы это было так. Но мы коммунисты и обязаны смотреть правде в глаза. А правда, товарищи, такова, что именно в это так называемое великое десятилетие наша экономика по ряду важнейших направлений резко ухудшила свои показатели. Позвольте проиллюстрировать это некоторыми фактами.

Целесообразно начать с того, как выполняются задания, сформулированные в Программе КПСС. Это — генеральный документ, в котором указано, что и к какому сроку нам предстоит осуществить. Даже беглого взгляда на итоги трех лет достаточно, чтобы убедиться в нереальности сроков по многим показателям, записанным в Программе. Одна из причин этого заключается в том, что готовили ее без глубоких экономических обоснований и расчетов, силами людей, знающих экономику в теоретическом плане, но очень далеких от жизни. К тому же никто из членов Президиума, по сути дела, не участвовал в ее разработке; они получили ее в готовом виде.

Основой всех наших расчетов на быстрое построение материально-технической базы коммунизма в сроки, установленные Программой КПСС, являются темпы прироста общественного продукта. Показатели этого прироста лежат и в основе расчетов на то, чтобы превзойти США по производству промышленной продукции сначала в валовом отношении, а затем — и на душу населения. Как выполняются задания семилетки и Программы по этому показателю?

Вот данные Института экономики Академии наук СССР на сей счет:

Период, годы                       Среднегодовые темпы прироста

общественного продукта в %

1950-1953                                         10,6

1953-1956                                         11,1

1956-1959                                         8,9

1959-1962                                         6,9

1962                                                   6,0

1963                                                   5,0

О чем свидетельствует эта таблица? О том, что до 1956 года включительно темпы прироста общественного продукта повышались, а затем наступил спад. Всего за 1956—1963 гг. темпы прироста упали на 6,1 процента. Это уже не случайность, а тенденция, время действия которой исчисляется значительным количеством лет.

Результат действия такой тенденции — снижение темпов прироста за 8 лет более чем вдвое. Это явление небывалое в истории развития нашей экономики. И оно не может не вызывать тревоги. Ведь высокие темпы прироста общественного валового продукта — одно из величайших преимуществ социалистической экономики перед капиталистической. Это преимущество безотказно и верно служило нам на всем протяжении советской истории. И если в годы «великого десятилетия» мы стали сдавать позиции в темпах роста, то очевидно, что причина заключается в просчетах, в грубых ошибках руководства хозяйственным строительством.

Об этом же свидетельствует и резкое ухудшение качественных показателей работы промышленности, в частности показателей использования основных фондов. За четыре года семилетки они снизились в целом по народному хозяйству на 9 процентов, а в сельском хозяйстве — даже на 21 процент. Если в 1953 году на один рубль основных фондов было произведено продукции на 1 руб. 88 коп, то в 1963 году — лишь на 1 руб. 72 коп. Выходит, что мы используем свои основные фонды и оборудование не лучше, а хуже.

Или возьмите такой важный вопрос, как развитие промышленного производства по группам «А» и «Б». Партия уже давно серьезно озабочена тем, что у нас не обеспечивается разумное соотношение между этими группами. Однако в последние годы тут возникла еще большая диспропорция.

Автор идеи о перестройке управления промышленностью горячо убеждал нас в свое время, что именно перестройка принесет здесь быстрые и благоприятные изменения. Однако факты говорят о том, что после перестройки диспропорция не уменьшилась, а резко усилилась. И разрыв достиг рекордного уровня в 1963 году, когда темпы роста группы «А» (10 процентов) вдвое превысили темпы роста группы «Б» (5 процентов). Вследствие этого соотношение уровней производства СССР и США в 1963 году составляло: по всей промышленности 65 процентов (США — 100 процентов), но в том числе по группе «Б» — у нас всего лишь 45 процентов.

Таким образом, по группе «Б» мы отстаем от США более чем в два раза, и, чтобы нам догнать их, потребуется, очевидно, около пятнадцати лет, а может быть, и больше.

Тов. Хрущев в своих речах не раз ополчался против этой диспропорции, а на деле задания, утвержденные на 1964—1965 годы, предусматривают более низкие показатели производства важнейших товаров группы «Б». По сравнению с контрольными цифрами задания семилетки по легкой и пищевой промышленности сейчас не выполняются. Как видите, и здесь предложения тов. Хрущева обанкротились, никакого сближения темпов развития указанных отраслей не получилось. Наоборот, перестройка управления промышленностью, к сожалению, усилила диспропорции, ухудшила положение.

Назрела неотложная необходимость решительно и смело пересмотреть эти пропорции, круто повернуть руль в сторону ускоренного развития отраслей группы «Б» и обеспечить высокие темпы роста промышленности, производящей средства потребления.

Серьезную тревогу вызывает и такая опасная тенденция, как постепенное снижение темпов роста производительности труда. Две цифры говорят сами за себя: в 1950—1955 гг. среднегодовой рост производительности труда в промышленности достигал 7—8 процентов. В годы нынешней семилетки он фактически снизился до 5,6 процента и продолжает снижаться еще больше. За 1962 год темпы роста производительности труда составили 5,5 процента, в 1963 году — 5,2 процента и за первое полугодие 1964 г. — 4,2 процента.

Однако по сводкам ЦСУ план роста производительности труда перевыполняется.

Даже в вопросах технического прогресса — развития и внедрения в производство новейших завоеваний науки и техники — у нас делается далеко не так и не все, что можно было делать. Мы законно гордимся достижениями нашей науки; они поистине велики. Но не следует закрывать глаза на то, что в ряде отраслей производства наш технический уровень далеко отстал от уровня развитых капиталистических стран. И в отдельных случаях отставание не уменьшается, а увеличивается.

Одной из причин этого является бесконечное и некомпетентное вмешательство тов. Хрущева в руководство технической политикой. Несколько лет назад он яростно выступал против централизации и вертикального построения руководящих органов технического прогресса. Теперь все то, что тогда было отвергнуто, поднимается им на щит как нечто новое. Созданы многочисленные Государственные технические комитеты, но у них нет прав, они оторваны от производства; их планы внедрения новой техники для предприятий не обязательны. В результате решение важнейших технических проблем серьезно замедлилось, еще больше стало параллелизма и дублирования, осуществление единой технической политики оказалось практически невозможным.

Таковы только некоторые, наиболее существенные примеры из области развития промышленности.

Несколько слов о положении в строительстве. Неопровержимый факт состоит в том, что все перестройки так называемого великого десятилетия ухудшили положение и здесь. У нас из года в год возрастает незавершенное строительство. Вместо 17,5 миллиарда рублей в 1958 году оно превысило 26 миллиардов рублей в 1963 году. Темпы строительных работ и их объемы снизились, а себестоимость за 5 лет сократилась лишь на полпроцента вместо 4-х процентов по плану. По указанию тов. Хрущева все без исключения «титульные списки» теперь со всей страны свозятся на утверждение в Москву.

Но здесь их не успевают рассматривать, а без проектов нельзя строить; в результате сроки ввода объектов откладываются.

А во что обошлась, например, его директива о строительстве четырех- и пятиэтажных домов, даже трудно посчитать. Он разогнал Академию архитектуры СССР за то, что она не соглашалась с его выводами, будто такие дома — самые дешевые и самые удобные в эксплуатации, будто они рассредоточивают и сохраняют население от атомного нападения и т.д. и т.п.

Жизнь показала, что в Академии сидели разумные люди. Выяснилось, что стоимость одного квадратного метра площади, если учесть затраты на общегородские и районные коммуникации, в 4—5-этажных домах гораздо дороже, чем в 9—12-этажных. Установка на «пятиэтажное» строительство привела к тому, что плотность застройки в городах резко упала; транспортные, водопроводные, теплофикационные, канализационные и иные коммуникации недопустимо растянулись. Внешний вид городов ухудшился, а об удобствах и говорить нечего — в этих домах нет лифтов.

Теперь новоявленный Главный архитектор бьет отбой и призывает к высотному строительству. Но, во-первых, кто возместит ущерб, нанесенный его безрассудной директивой, а во-вторых, осуществить переход к многоэтажному строительству — совсем не легкое дело; ведь индустриальную базу такого строительства надо создавать, по существу, заново.

Еще больше ошибок, и очень серьезных, допущено по воле, а точнее, по прихоти тов. Хрущева в сельском хозяйстве. Вы знаете, что он всюду и везде уверяет, что только он один знает сельское хозяйство и сумел «вытащить» колхозы и совхозы чуть ли не из пропасти. Известно также, что он никого не подпускает к вопросам сельского хозяйства и все пытается вершить сам. Но надо сказать прямо: положение в деревне у нас и сейчас крайне неудовлетворительное.

В прошлом году в стране возникли серьезные трудности даже с хлебом. В связи с этим тов. Хрущев предлагал даже ввести карточную систему. И это через 20 лет после войны. Мы вынуждены были выделить 860 тонн золота, чтобы купить зерно у капиталистов. Если бы сельское хозяйство действительно находилось в цветущем состоянии, то как мог один неурожай в течение «великого десятилетия» выбить нас из колеи, посадить страну на скудный паек, лишить ее оборонных запасов хлеба, заставить Советский Союз, всегда продававший зерно, покупать его на золото? А дело в том, что положение в колхозах и совхозах очень далеко от того, что говорит о них тов. Хрущев.

Реальная картина такова: по семилетнему плану среднегодовые темпы прироста продукции сельского хозяйства в 1959—1963 гг. должны были составить 8 процентов. В действительности же они составляли за первые четыре года 1,7 процента, а 1963 год был завершен с минусовыми показателями. Объем валовой продукции оказался по стоимости ниже показателей 1958 года. За 5 лет себестоимость сельскохозяйственной продукции в совхозах надо было снизить на 21 %, а фактически она повысилась на 24 %.

Серьезные трудности с хлебом, а также с фуражом вынудили нас пустить большое количество скота под нож. В результате сейчас сложилось тяжелое положение с мясом, маслом, яйцом и другими продуктами. Судя по всему, заготовки скота и птицы в нынешнем году уменьшатся примерно на 1,9 миллиона тонн по сравнению с прошлым годом. Во втором полугодии будет продано мяса на 35 % меньше прошлогоднего. Уже сегодня торговля мясными продуктами почти повсеместно идет с большими перебоями, а в ряде промышленных центров этих продуктов в этом году вообще почти не было.

Наше сельское хозяйство серьезно отстает от тех требований, которые предъявляет к нему страна. Мы все еще очень далеки от того, чтобы удовлетворить потребности народа в продовольствии, и даже в таких продуктах первой необходимости, как хлеб, мясо и молоко, картофель и овощи.

У нас до сих пор не решен вопрос о материальной заинтересованности работников сельского хозяйства. На эту тему тов. Хрущев произнес много речей и подписал немало записок. А результат ничтожный. В 1958 году на один человеко-день колхозники получили денег и продуктов в сумме 1 руб. 56 коп., а спустя 5 лет — в 1963 году — 1 руб. 89 коп. «Прибавка», как видите, составила за 5 лет всего 36 копеек, то есть ежегодно 7 копеек на человеко-день.

Если в среднем каждый колхозник вырабатывает за год 230—250 человеко-дней, то это значит, что его ежемесячный заработок составляет 37—40 рублей. Это в два с лишним раза меньше среднемесячной зарплаты других трудящихся. Но это только в среднем. А ведь у нас во многих колхозах выдают на человеко-день и сейчас по 50—60 коп. деньгами и продуктами. Именно поэтому люди и бегут из колхозов.

Уместно в этой связи отметить и еще одно весьма важное обстоятельство. Ссылаясь на цифры роста доходов колхозников, мы все время отталкиваемся от показателей 1953 года и не хотим вспоминать о том, какой заработок был у них перед войной. А ведь только добросовестный анализ сравнительных данных позволяет сделать правильные выводы. Вот цифры, показывающие динамику выдачи колхозникам из колхоза зерна — их основного продукта.

В среднем на один колхозный двор было выдано в счет оплаты труда:

в 1940 году               8,2 ц зерна

в 1953                                    7,2

в 1959                                    7,1

в 1961                                    5,8

в 1963                                    3,7

Как видите, это реальные цифры в натуре. Они исключают возможность эквилибристики, игры на ценах, позволяющей в зависимости от желания представить доходы в большем или меньшем объеме. Они начисто опровергают неоднократные заявления тов. Хрущева, будто до войны и после нее до 1953 года труд большинства колхозников не оплачивался. Эти цифры говорят как раз другое. Они свидетельствуют о том, что колхозники за последнее десятилетие с каждым годом получают из колхоза все меньше зерна за свой труд.

Именно в этом причина того, что многие колхозники до сих пор больше глядят на свой огород, нежели на общественное колхозное производство. А мы, не разобравшись обстоятельно в процессах, которые происходят по нашей вине в деревне, начинаем обвинять колхозников в приверженности к своему огороду.

Подлинное отношение тов. Хрущева к проблеме материальной заинтересованности тружеников сельского хозяйства в результатах труда характеризует такой факт: недавно он узнал, что кое-где лучшие чабаны зарабатывают до 180 рублей в месяц, и возмутился: «Это разврат, это безобразие!» — кричал он и дал указание искоренить «разврат».

Или другой пример: по его указанию специалистов сельского хозяйства лишили гарантированной зарплаты. Это привело к тому, что за последние пять лет из 230 тысяч студентов, окончивших сельскохозяйственные учебные заведения, пошли работать в деревню лишь 40 тысяч человек, то есть только 17 процентов.

Вообще по воле тов. Хрущева мы шарахаемся в сельском хозяйстве из стороны в сторону, бросаемся из одной крайности в другую. Сегодня всюду, вплоть до северных районов, заставляем сеять кукурузу, а после того как обожглись на ней, потратили много средств и труда и ничего не получили — даем отбой. Была брошена повсеместно директива: запретить сеять травы. Спустя некоторое время дается отбой — травы надо сеять. То делается заявление о нецелесообразности расширять площади под подсолнечником, то дается команда увеличить их. То кричим: внедряй в животноводство «елочку», то «елочку» долой — давай «карусель». Действительно, карусель получается!

А сколько по его вине за эти годы других глупостей и ошибок сделано! Вспомните позорное «рязанское дело». Он не мог не знать, что это авантюра, но дал согласие на нее, а в результате пострадало много честных людей, не повинных в махинациях. По его инициативе взялись за укрупнение колхозов и кое-где объединили в одно хозяйство до 30 деревень, а то и больше, то есть создали совершенно неуправляемые колхозы.

По его настоянию было принято решение: ограничить количество скота в личной собственности и сократить размеры приусадебных участков. В итоге: скот порезали, мяса и молока стало значительно меньше, а земля, отрезанная от приусадебных участков, зарастает травой. Тот, кто раньше нес свои продукты через колхоз или индивидуально на рынок, или в магазины, сам теперь оказался в роли покупателя, что еще больше затрудняет снабжение продуктами трудящихся города.

Неоднократно тов. Хрущев заявлял, что сельскохозяйственная продукция совхозов обходится государству чуть ли не вдвое дешевле, чем колхозная, и страшно возмутился, когда ему сказали, что в действительности колхозная продукция для государства дешевле совхозной примерно на 45 процентов. И это всем понятно: государство не несет расходов по производству колхозной продукции, как это оно делает в совхозах. Но такой простой истины тов. Хрущев, очевидно, не понимает. Вместе с тем следует подчеркнуть, что совхозная система ведения хозяйства является наиболее прогрессивной, и наша партия будет и впредь развивать совхозное производство.

Во время пребывания в Египте он навязал Насеру гидропонику и пропагандирует ее у нас. Но в Советском Союзе гидропоника очень дорогое и бесперспективное дело. А в Египте, где снимают по 2—3 урожая за год, зачем и кому она нужна?

Коротко об отстающих колхозах. Тов. Хрущев не раз провозглашал о необходимости заняться ими всерьез. Но за 10 лет он так и не нашел времени разобраться хотя бы с одним отстающим хозяйством. Его интересуют лишь отличные хозяйства, вроде Калиновки, которая, кстати сказать, у всех в зубах застряла. Но ведь эта деревня выросла при огромной помощи государства. С нее списаны крупные суммы долгов, в ней осуществляется так называемое опытное строительство, ей оказывается такая помощь, которая не оказывается ни одному хозяйству. Разве можно на Калиновке строить выводы о положении дел в деревне нашей страны? Ясно, что нельзя. А тов. Хрущев именно на нее опирается в своих суждениях.

Несколько слов о его последней поездке по стране. Она довольно характерна: за две недели человек посетил добрый десяток областей, краев и республик. А польза какая? Никакой! В 1963 году, когда с хлебом создалось катастрофическое положение, он по стране не ездил, потому что это было ему невыгодно. Нынешний год принес неплохой урожай. И сразу время нашлось, и охота поездить появилась. Но ездил он не без разбора, а лишь туда, где урожай хороший.

Однако вы, товарищи, хорошо знаете, что хотя в целом урожай и лучше прошлогоднего, но нет и не было оснований для того безудержного оптимизма и хвастовства, которое неслось со страниц печати, по радио и телевидению в дни этой поездки. Ведь положение в сельском хозяйстве пока плохое.

Не умея и не зная, как по-настоящему поправить дело, тов. Хрущев затевает одну перестройку за другой. За день до отъезда в Скандинавию он срочно направил членам Президиума ЦК, секретарям ЦК и секретарям компартий союзных республик очередную записку о новой реорганизации сельского хозяйства. Главная цель этой реорганизации, по нашему мнению, заключается в том, чтобы свести к нулю роль парткомов производственных управлений, превратить их в придаток хозяйственных органов. Как же иначе понять его слова, которые он недавно сказал в Президиуме ЦК: «Что хорошо, так это то, что парткомы теперь на заднем плане. Везде мне при поездке выставляли начальников производственных управлений. Это очень хорошо. Значит, сделали вывод из моей записки».

Кстати, в этой поездке он не нашел времени для беседы хотя бы с одним из секретарей партийных организаций колхозов, совхозов и парткомов производственных колхозно-совхозных управлений. Но разве пристало, товарищи, партийному руководителю радоваться тому, что парткомы на заднем плане? Устно он даже предлагал вообще ликвидировать производственные парткомы, иметь вместо них начальников политотделов в ранге заместителя начальника колхозно-совхозного управления. А недавно сказал, что, может быть, целесообразно вообще ликвидировать производственные управления. Но это значит, что надо ликвидировать и партийные органы на селе. Вот до чего договорился.

Для всей деятельности тов. Хрущева в области сельского хозяйства характерны крайний субъективизм, постоянные загибы и перегибы, нежелание считаться с реальной обстановкой, с законами развития сельского хозяйства. Примеров тому не счесть. Вспомните хотя бы одно из его многочисленных заявлений о том, что за семилетку производство важнейших продуктов сельского хозяйства в целом на душу населения превысит современный уровень США. В действительности нам еще очень и очень далеко до этого.

Можно было бы привести и ряд других фактов, свидетельствующих о неблагополучии в сельском хозяйстве, о грубейших ошибках в его руководстве. Но ясно одно: нельзя дальше терпеть единоличное, диктаторское руководство колхозами и совхозами, нельзя позволять человеку заниматься непродуманными, опасными экспериментами во всесоюзном масштабе, тем более в столь важной отрасли общественного производства.

Позвольте перейти к вопросу о том, как выполняются намеченные планы подъема жизненного уровня трудящихся. А здесь данные очень тревожные.

Вот расчеты Академии наук СССР. Они говорят о темпах роста национального дохода за последние 10 лет следующее:

Период, годы                                   Среднегодовые темпы роста

национального дохода в %

1950-1953                                         11,0

1953-1956                                         12,0

1956-1959                                         8,9

1959-1962                                         6,9

1962                                                   6,0

1963                                                   4,0

Таким образом, за 8 лет темпы роста национального дохода снизились к началу нынешнего года в три раза. Снижение, как видите, шло неуклонно из года в год. Стало быть, это не частность, не случайность, а результат определенного воздействия, точнее говоря, — неудовлетворительного руководства экономикой.

Прирост национального дохода является основным источником повышения реальных доходов и жизненного уровня населения. В результате падения темпов его прироста мы теряем ежегодно чистого продукта по сравнению с периодом до 1956 года на 8—10 миллиардов рублей. Ясно, что это значительно уменьшает потребительские и производственные фонды страны.

Программой КПСС предусматриваются ежегодные темпы прироста национального дохода на 1961 — 1970 годы в размере, превышающем 9 процентов, с тем чтобы за десятилетие увеличить этот доход в 2,5 раза. Реально же темпы его прироста составили в 1963 году лишь 4 %, т.е. в 2,3 раза ниже того, что намечено XXII съездом партии. Чтобы наверстать упущенное, национальный доход должен теперь ежегодно возрастать до 1970 года не менее чем на 13—14 процентов. Но это очень трудная, а точнее — нереальная задача.

Причина создавшегося положения заключается в том, что предусмотренные семилеткой и Программой КПСС задания по росту доходов рабочих, служащих и колхозников выполняются плохо. По семилетнему плану реальные доходы рабочих, колхозников и служащих должны увеличиться примерно на 40 %. Фактически же за пять лет они выросли в среднем лишь на 20 %.

Надо отметить, что на размерах реальной заработной платы рабочих и служащих серьезно сказалось значительное увеличение цен на продукты и товары первой необходимости. Цены на колхозном рынке за указанное время повысились на 17 процентов, в потребкооперации они также превышали государственные цены в 1963 году на 13 процентов. Нам пришлось оттянуть сроки осуществления таких мероприятий, как упорядочение зарплаты, намечавшееся еще на 1962 год, повышение минимума зарплаты до 50—60 рублей, отмену налогов с рабочих и служащих с заработком до 70 рублей и т.п.

Все эти и другие факты вызывают большое недовольство населения, неверие в реальность намеченных нами мер, подрывают авторитет нашей партии и ЦК КПСС. По существу затрагиваемых вопросов идет огромный поток писем в ЦК и правительство, и мы не имеем права не реагировать на них.

Таковы наиболее важные тенденции и явления в развитии нашей экономики, которые затрагивают коренные, главные ее направления за последнее десятилетие. Снижение темпов роста валового общественного продукта, национального дохода, производительности труда, невыполнение многих других плановых заданий, а также мероприятий социального характера свидетельствует о серьезной опасности; наша страна на протяжении ряда лет все больше отстает, все хуже использует великие преимущества, которые дает нам в соревновании с капитализмом социалистическая организация общества.

Мы обращаем ваше внимание, товарищи, на то, что все эти срывы, создавшие серьезную угрозу для успеха нашего хозяйственного строительства, проявились и действуют именно в последние годы, после перестройки управления. В эти годы из-за бесконечных перестроек, внедрения «новых» систем управления и т.п. промышленность, строительство и сельское хозяйство оказались заметно дезорганизованными. А тов. Хрущев, не взирая на это, трубит об отличном положении в стране, о том, что у нас чуть ли не рай земной. Разве это не демагогия?

Наш народ привык судить о руководителях не по словам, а по делам. И если мы сейчас не поправим дело, народ может сказать: «Подите вы к черту, если не умеете управлять и руководить хозяйством. Если вы даете обещания, но не выполняете их, — уступите место другим, умеющим руководить и держать слово».

И он будет прав.

Народу надо говорить правду и надо выполнять то, что обещаешь. Так поступал Ленин, так обязаны поступать и мы.

О характере и особенностях многочисленных реорганизаций

Товарищи, вы знаете, что десятилетие после 1953 года прошло под знаком непрерывных реформ, различных реорганизаций, перестроек. В результате вся структура хозяйственного управления, а также партийных и государственных органов оказалась, образно говоря, перепахана сверху донизу, вширь и вглубь. Каждая из этих реорганизаций именуется революционной, коренной. Под них подводится подобие теоретического базиса, их объявляют подлинно ленинскими, им пытаются приписывать какие-то чудодейственные результаты.

А так ли это? Давайте посмотрим, что же представляют собою эти бесчисленные перестройки в действительности.

Никто не станет заявлять, что не надо было никаких перестроек. Жизнь идет вперед, и по мере развития общества аппарат руководства и управления всеми делами не может оставаться неизменным. Его надо совершенствовать, улучшать. Но при этом необходимо строго соблюдать ленинские указания — не допускать спешки, торопливости, избегать попыток рубить сплеча. К тому же есть много таких вопросов, связанных с перестройкой, которые требуется выносить на обсуждение всей партии, ее съездов.

Но эти ленинские указания игнорируются. Даже такой важнейший вопрос, как создание промышленных и сельскохозяйственных обкомов партии и соответствующих им советских органов, который следовало бы обсуждать на съезде партии, решен иным путем.

А что вышло в результате? По его мнению, новая система органов партийного и государственного управления якобы позволила коренным образом улучшить дело в промышленности, строительстве и сельском хозяйстве.

Однако анализ показывает обратное: новая система управления в силу ее непродуманности и несовершенства не оправдала возлагавшихся на нее надежд.

Положение в народном хозяйстве после перестройки управления, как уже говорилось, ухудшилось, и это — беспощадный приговор новой системе. Она породила невиданный параллелизм в руководстве, неразбериху, бюрократизм и просто бестолковщину. Структура аппарата руководства и управления не упростилась, а усложнилась. Народное хозяйство, все отрасли нашей экономики никакого выигрыша от нововведений не получили.

Факты таковы, что усовершенствовать руководство промышленностью в целом не удалось. Совнархозы сейчас обслуживают территорию нескольких областей, и в их руках вся полнота хозяйственной власти. Поэтому промышленные обкомы при несовпадении территории практически оказались в зависимости от совнархозов. Парткомы колхозно-совхозных производственных управлений также лишены права вмешиваться в руководство сельским хозяйством и оказались в подчинении производственных управлений.

Такого положения у нас еще никогда не было. Ведь именно партия всегда руководила строительством социалистического общества, всеми организациями и органами снизу доверху. Это вопрос большой принципиальной важности, и от него нельзя отмахнуться.

Мы сокрушили также ведомственность министерскую, но ей на смену явилась ведомственность «совнархозовско-комитетская». Однако хрен редьки не слаще. К тому же упростить и удешевить аппарат не удалось. Если в первый год после ликвидации министерств, комитетов и ведомств аппарат несколько сократился, то после перестройки количество министерств, комитетов и ведомств почти удвоилось, а общая численность аппарата управления только за 5 лет выросла в стране более чем на 500 тыс. человек. Причем расходы на его содержание только за последние полтора года увеличились почти на 800 млн рублей.

Старые недостатки устранить не удалось, зато появились очень опасные новые. Возникла обособленность промышленности от сельского хозяйства и даже по существу — их разрыв. А ведь Ленин требовал организовать руководство так, «чтобы крупная промышленность быстрее связывалась с земледелием, чтобы получился правильный продуктообмен». Возник также отрыв науки от производства, как в промышленности, так и в сельском хозяйстве.

Особо серьезной критики заслуживает реорганизация областных и краевых партийных и государственных органов по так называемому производственному принципу. Это мероприятие выдается в качестве творческого развития ленинских принципов построения партийного и государственного аппарата, а на деле является отступлением от указаний Ленина и требований Программы КПСС по этому вопросу.

К чему привело создание промышленных и сельскохозяйственных обкомов и облисполкомов? Произошло невероятное переплетение, смешение функций, прав и обязанностей партийных, государственных и хозяйственных органов, параллелизм в их работе. Одним словом, получилась такая путаница, какой наше Советское государство не знало за все время своего существования. А что касается теоретической и политической стороны вопроса, то с этих позиций реорганизация, грубо говоря, не лезет ни в какие ворота.

Судите сами, товарищи: в Программе и Уставе КПСС записано, что наша партия стала партией всего народа. При этом руководящая роль рабочего класса сохраняется. Значит, партия должна быть единой. Иначе о какой же руководящей роли может идти речь. А что получилось в итоге перестройки? От фабрики до области и края — рабочие оказались в одних организациях, а крестьяне и другие труженики села — в других. Получилось что-то вроде двух отрядов в партии — рабочее крыло и крестьянское крыло.

Мы обязаны покончить со столь ненормальным явлением, ибо такая реорганизация,

во-первых, противоречит ленинскому требованию об идейном и организационном единстве партии и ведущей роли рабочего класса в государстве и социалистическом обществе, ослабляет возможности воздействия рабочего класса на все население;

во-вторых, она противоречит ленинской идее всемерного укрепления союза рабочего класса и крестьянства — основы единства нашего общества, обособляет рабочий класс от крестьянства;

в-третьих, разделение партии надвое принижает ее роль как единого идейно-политического руководителя, организатора хозяйственной и культурной жизни нашего общества.

Реорганизация идет вразрез с установкой Программы КПСС о возрастании роли и значения компартии как руководящей и направляющей силы советского общества, все более расширяющей свое влияние на все стороны общественной жизни.

А попробуйте в этой связи выяснить другой вопрос, как могут быть Советы организованы по производственному принципу?

Советы как форма государственной власти немыслимы без территории. Могут меняться функции государства, но не может быть отменена, ликвидирована территория как признак государства. Это — азы марксизма.

Советы — самые массовые органы власти. Это — власть всего народа, а не отдельно — рабочих и отдельно — крестьян. Власть Советов распространяется не только на хозяйство, но и на все без исключения сферы жизни нашего общества — политическую, социальную, культурную, здравоохранение, просвещение и т.д. В этом и заключается полновластие Советов.

Нас пытаются уверить, что реорганизация означает революционный шаг вперед. Но мы не вперед пошли, а попятились далеко назад, к первым дням революции, когда и рабочие, и крестьяне, бедняки и батраки, солдаты и матросы имели свои самостоятельные Советы. Между тем именно создание единых Советов Ленин считал величайшим завоеванием партии.

И, наконец, международное значение Советов. Ленин считал рабоче-крестьянские Советы фактором всемирно-исторического значения. Он заявлял, что Советы неизбежны во всех странах. И до сих пор это предсказание оправдывалось; все социалистические страны шли нашей дорогой — создавали единые Советы. Однако никто не пошел по пути, который указал тов. Хрущев, перестроив Советы. Впервые нашему примеру никто из наших друзей не последовал, и они правильно сделали. Но престижу нашей партии и государства, несомненно, причинен ущерб. И это особенно неприятно сейчас, когда вопрос о пр

Источник: http://blog.kob.spb.su/2009/06/03/320/
Категория: Просто интересные статьи | Добавил: Polyakov (11.06.2009)
Просмотров: 2061 | Комментарии: 4 | Рейтинг: 4.5/2 |
Всего комментариев: 4
1  
"Если в 1953 году на один рубль основных фондов было произведено продукции на 1 руб. 88 коп, то в 1963 году — лишь на 1 руб. 72 коп. Выходит, что мы используем свои основные фонды и оборудование не лучше, а хуже"

А что такое основные фонды?


2  
внедряй в животноводство «елочку», то «елочку» долой — давай «карусель»
И какие - такие карусели на фермах?

3  
Ну вот осознали тогда ошбки, сместили Хрущёва, вроде дальше всё должно было наладится. Почему всё пошло не так?

4  
"Почему всё пошло не так?"

Олег, взгляните на эту статью и ее обсуждение:
http://anticomprador.ru/publ/31-1-0-566
А также:
http://anticomprador.ru/publ/29-1-0-568
http://anticomprador.ru/publ/29-1-0-585


Имя *:
Email:
Код *:


Сайт управляется системой uCoz