Во дни всенародного горя,
С потухшею трубкой у рта,
Он смотрит: от моря до моря
Легла через карту черта.
Направо — печалью и гневом
Отчизны глаза налиты,
И пламя бушует налево
От этой тяжёлой черты.
Там враг засевает металлом
Просторы колхозов родных,
Там смерть, как поденщик усталый,
Работает без выходных.
Вот, кажется, трудно ли скинуть
Черту эту с карты? Но нет!
Её нелегко передвинуть
Хотя б на один сантиметр!
Черта эта движется снова,
К Москве, закругляясь, ползёт,
Но грохот с твердынь Подмосковья
Над миром смущённым встаёт.
И ключ телеграфный по ленте
Стучит, разбудив тишину:
Не спят сталевары в Ташкенте,
Не спят партизаны в Клину!
Страна напряжение множит,
Оружье победы копит...
Он пальцами хрустнул. Он тоже
Десятые сутки не спит.
И, глянув прищуренным глазом
На клеточки календаря,
Он ставит внизу под приказом
Седьмое число декабря.
Недаром за час до рассвета,
Всходя на кривой эшафот,
Кудрявая девочка эта
Сказала, что Сталин придёт!
Дмитрий Кедрин 1941 г.
*****
ЗОЯ
С шоссе свернули и в деревню въехали.
Такси покинем и пойдём пешком
По тем местам, где по крови, по снегу ли
Её тогда водили босиком.
Петрищево. А я в ней был уже,
В деревне этой многажды воспетой,
А я лежал на этом рубеже,
А я шагал по тропочке вот этой.
Вот в этой самой старенькой избе
В тот самый вечер, когда немцев выбили,
Мы говорили о её судьбе,
Мы рассуждали о её погибели.
Под виселицу белую поставленная,
В смертельной, окончательной тоске,
Кого она воспомянула? — Сталина.
Что он — придёт! Что он — невдалеке.
О Сталине я думал всяко-разное.
Ещё не скоро подобью итог.
Но это слово, от страданья красное,
За ним. Я утаить его не мог.
Борис Слуцкий 1959 г.
Источник: http://letopisetz.livejournal.com/699522.html |
