А.Кобяков: Реальная зарплата в США достигла максимума в 1968 году (сейчас где-то на 25% ниже). Вот когда был «золотой век» Соединенных Штатов. Почему они до сих пор Кеннеди прославляют – он в их сознании существует как памятник. Уровень подоходных налогов меня поражает в США на начало 60-х годов. Шкала налогов, конечно, была прогрессивной. Естественно, не плоская – такого безобразия, как у нас, нигде не было. Она повышающаяся: чем больше ты получаешь, тем большую долю отдай государству. Это был «реальный социализм». Судите сами: ваш личный доход, превышавший 1 млн долларов в год, облагался по ставке 87,5%, а свыше 2 млн – по ставке 92,5%. Комментарий Н.Полякова: Если бы у этого «реального социализма» обрезать экономические колонии (т.е. Южную и Латинскую Америки, Азию, Африку...), то он моментально схлопнулся бы до ситуации 1929 года, и опять выстроились бы миллионные очереди за похлебкой...
Разбудили в ночи, хохотали-болтали, За собою тащили и так зазывали, Что не мог я противиться, вышел на свет Фонарей, как безумец в толпе карнавальной, Распростившись до времени с маской печальной. И не видел, что шёл босиком и раздет.
И горел предо мной то ли взгляд, то ли факел. И в мозгу воспалившемся вился brainfucker, Нарезая бесчисленно полукруги. Лопотали вокруг непонятные фразы И струились вокруг веселящие газы. И кто должен кому – отдавали долги.
Я доподлинно видел – мир сдвинулся с места. В золочёном гробу возлежала невеста, А на козлах корячился пьяный жених. Он не мог удержать чёрно-белую лошадь. И, когда выезжали на главную площадь, Та рванулась в галоп – только видели их.
Мы вошли в особняк, отороченный светом (Седовласый швейцар представлялся скелетом), И поднялись по лестнице, чинно бранясь. Колыхались в глазах, как ладьи, анфилады, На паркетном полу танцевали дриады, Призывая вступить в непорочную связь.
Откликаясь на эти немые призывы, Обуздать не пытались желанья, порывы, Обретали галантность, просили тангo. И, внимая неслышимым звукам оркестра, Все порхали, как бабочки, с места на место, Не стесняясь, пожалуй, уже ничего.
Так и я между ними порхал и смеялся. Сам себе совершенным созданьем казался. Но мгновенная смена – и факел потух Оттого, что в каком-то незнаемом месте, В деревеньке глухой, на прогнившем насесте Прокричал троекратно голодный петух.
И, бессилен хоть что-то понять и исправить, Я себя обнаружил в проточной канаве Без одежды лежащим. Проснувшись на треть, Я почувствовал сильный удушливый запах, Словно сам очутился в удушливых лапах. Это свалка дымит. Постоянно гореть - То ли крест её, то ли такая причуда. А душа моя, верно, горбатей верблюда, Если только она существует – душа.
Ничего. Утрясётся. Видение – в руку. Это место хорошее. Ну - за разлуку! Вот сейчас поднимусь и пойду не спеша.
Рубль должен стать неконвертируемым, как китайский юань. Иностранные инвестиции должны быть запрещены, как в Японии в 1950-1980-х годах. В России должен быть введен запрет на собственность иностранным гражданам и организациям, как в Финляндии до 1993 года. Иначе Россия окончательно превратится в Нигерию. anticomprador@gmail.com
